Цитата

Далай-Ламу однажды спросили, что больше всего его изумляет. Он ответил: - Человек. Вначале он жертвует своим здоровьем для того, чтобы заработать деньги. Потом он тратит деньги на восстановление здоровья. При этом он настолько беспокоится о своем будущем, что никогда не наслаждается настоящим. В результате он не живет ни в настоящем, ни в будущем. Он живет так, как будто никогда не умрет, а умирая, сожалеет о том, что не жил.

Новости

Дата публикации: 04 февраля 2018
Дата публикации: 12 июля 2013
Дата публикации: 16 марта 2013

Вы здесь

Сигара и рояль. Глава 20. Германия, весна 2001 года.

Аватар пользователя Борис Кунин

Сигара и рояльПолувековой юбилей Вероники фон Бломберг отмечали, учитывая нынешний социальный статус виновницы торжества, довольно скромно. Просто заказали на весь вечер ресторан Fischmarkt, который с первого дня жизни в Бинце понравился имениннице своей кухней и какой-то очень домашней, уютной атмосферой.

Помимо родных – ставшей весьма многочисленной за последние годы семьи фон Бломберг – были приглашены все сливки местного общества: владельцы гостиниц, казино, ресторанов, газет и пароходов.

И это совсем не преувеличение. На одном из самых дорогих немецких курортов охотно селились владельцы судоверфей, транспортных компаний, издательств и медиа-холдингов.

Десять лет назад Вероника Буржевская и представить не могла, что когда-нибудь будет себя вполне комфортно чувствовать в подобном обществе. Немецкий у неё пошёл достаточно быстро, впрочем, и учителя были хорошие. А чуть заметный акцент многие находили очень милым. Не последнюю роль, конечно, сыграла и принадлежность к одной из старых аристократических фамилий, но по соседству жили люди куда титулованнее и богаче.

Собственно, лично Веронике принадлежал лишь четырёхкомнатный дом с садом. От единоличного владения гостиницами, названными после окончания всех ремонтно-строительных работ «Счастливая встреча» и «Анна», и ресторанами она тогда, в начале 92-го, наотрез отказалась. И убедила бабушку и её мужа не дробить состояние семьи, а просто назначить её управляющей этой частью фамильного бизнеса. Коль уж они все единодушно считают, что у неё это получится лучше других.

И получилось, кстати. Сказался, наверное, и большой опыт работы в советском ресторане.

Но всё это было потом. А в конце февраля 92-го года Вероника с сыновьями вышли из самолёта в гамбургском аэропорту, можно сказать, с пустыми руками. Так, чемодан с дорогими сердцу мелочами, парой альбомов с фотографиями, подарками родным… Везти одежду или посуду из Беларуси было просто смешно, а за школьными учебниками и небольшой домашней библиотекой Герхард отправил микроавтобус.

В просторном доме фон Бломбергов места хватило всем. К тому же, бабушка даже и слушать не хотела о том, что счастливо обретённая внучка с правнуками будут жить где-то отдельно. Приезду подруги, а теперь и родственницы, очень обрадовалась и Наташа, переехавшая с Лизой к мужу полгода назад. Которая с недавних пор стала самым важным человеком в доме: к осени в семье ожидалось пополнение.

Вероника отвлеклась от воспоминаний и с улыбкой пошла навстречу очередному гостю. Депутат бундестага Рольф Фишер как-то заехал отдохнуть на пару дней в «Счастливую встречу» и с тех пор все праздники, отпуск и даже часть выходных проводил только в Бинце. И Наташа с Герхардом вполне обоснованно предполагали, что в недалёком будущем сей политический муж перестанет тратить деньги на гостиницу, а поселится в доме её хозяйки.

- Тётя Ника, тётя Ника! – неразлучная парочка младших фон Бломбергов Петер и Пауль (для своих – Петя и Паша) особыми условностями этикета себя пока не обременяли. – А когда мы уже будем кушать? Гости ведь все собрались?

Мальчишки бросили хитрый взгляд на господина Фишера: «Мол, мы тоже в курсе, что ты ждала именно его».

- Ещё немного терпения, мои дорогие! – также на немецком ответила им Вероника. – Осталось дождаться наших соседей Шельм и всё: двери ресторана можно будет закрывать.

Она вполне могла ответить близнецам и по-русски: мальчики совершенно свободно говорили на двух языках и уже начали учить английский (да и Рольф в последнее время весьма преуспел в освоении языка бывшего потенциального противника), но в присутствии посторонних Вероника всегда изъяснялась на языке коренного населения страны.

Как же радовались бабушка и Вильгельм, когда Наташа родила не просто наследника рода, а сразу двоих. Судьба щедро рассчиталась с ними за всё, перенесенное в годы войны. Ещё три года они счастливо жили в окружении внуков и правнуков.

Анна фон Бломберг лишь на несколько месяцев пережила своего мужа и навсегда упокоилась рядом с ним в фамильном склепе.

Вымытая до зеркального блеска хрустальная пепельница осталась сиротливо стоять на маленьком столике рядом с роялем, молчаливо напоминая домашним об ушедшей хозяйке. Но музыка в доме продолжала звучать: Лизхен начала учиться играть ещё под руководством бабушки и даже иногда сочиняла какие-то простенькие мелодии.

Сразу после похорон бабушки Вероника уехала жить и работать на Рюген. Первые несколько месяцев ей помогал обустраиваться на новом месте Серж, взявший академический отпуск в университете.

Да, немного уже осталось Паше с Петей быть самыми младшими в семье. Через пару месяцев эту «должность» займёт дочь Сержа и Аники.

- Фрау фон Бломберг, - смущённый официант наклонился над ухом. – Там на улице какой-то подозрительный мужчина очень хочет вас видеть. Он не говорит по-немецки, но вашу фамилию я услышал, хотя обо всём остальном, сказанном им, можно только догадываться. Я не знаю французского и русского, а какой был третий язык, на котором он пытался объясниться со мной, не имею понятия. Может быть, лучше сначала позвонить в полицию: уж очень криминальная внешность у этого человека?

- Нет! Я не думаю, что всё так уж опасно, - Вероника встала из-за стола. – Если вы уверены, что он говорил и по-русски, то я не думаю, что за мной приехала русская мафия. Тем более в день рождения.

На последней ступеньке полукруглой лестницы, ведущей с набережной в полуподвальное помещение ресторана, действительно стоял весьма колоритный персонаж. Роста явно за метр девяносто, с широкими плечами и мускулистой фигурой бывшего боксера или борца, он выглядел, мягко говоря, явно не школьным учителем. Случись подобная встреча где-нибудь в России или Беларуси, Вероника, наверное, мгновенно бы пожалела, что не послушалась совета официанта по поводу полиции.

Но вокруг была Германия. Да и неожиданный визитёр – при всей своей весьма уголовной внешности – был одет вполне по-европейски. Что свидетельствовало скорее о возможном криминальном прошлом, нежели настоящем.

- Вероника Степановна? – мужчина скорее утверждал, чем спрашивал. – Извините, что вынужден был оторвать вас от гостей в такой день, но этот халдей, - он кивнул головой в сторону стоящего в дверях официанта, ни за что не хотел меня впускать.

- Так на дверях же висит табличка, что свободных мест нет… Впрочем, вы же не понимаете по-немецки. И. всё-таки, чем обязана?

- Мой хозяин, Лиор Бургани, попросил меня поздравить вас с юбилеем и передать этот подарок, – нежданный гость с лёгким полупоклоном отдал ей небольшую подарочную коробку, до этого момента почти полностью скрывавшуюся в его огромной ладони.

- Лиор Бургани? Вы ничего не перепутали? – Вероника была явно заинтригована.

- Ой, простите! Я просто уже привык к его новому имени. Вам он был хорошо знаком, как Леонид Буржевский…

- Что???

Вероника пошатнулась и судорожно схватилась рукой за перила лестницы. Она давно уже свыклась с мыслью, что муж действительно пропал без вести. Причём, не в юридическом толковании этой формулировки, что человека с определённого времени никто не видел ни живым, ни мёртвым, а во вполне обывательском. Человека, безусловно, нет среди живых, но документально это не подтверждено. И вдруг…

- Простите, вас как зовут? – женщина с трудом справилась с волнением.

- Муса, - улыбнулся незнакомец. – Точнее, меня так называл отец. Ещё в Казани.

- Муса, пойдёмте в зал! Вы мне всё там подробно расскажете о Лёне.

- Извините, но мне к ночи ещё надо успеть домой. Я сейчас в Бельгии живу. Да и чужой я на вашем празднике.

- Вы на машине? Тогда пойдёмте, я вас провожу до парковки, и вы мне, хотя бы кратко, расскажете о моём муже.

В ресторан Вероника вернулась, когда все гости начали уже проявлять беспокойство по поводу внезапного исчезновения виновницы торжества. Поймала вопросительно-встревоженный взгляд Наташи и кивком головы позвала её на улицу.

Подруги сели на ближайшую скамейку, нервно закурили, и Вероника одним движением разорвала подарочную упаковку. Внутри была прямоугольная шкатулка резного дерева, а в ней на алом бархате лежал комплект украшений с бриллиантами:  серьги, браслет и кольцо.

- Однако! – удивлённо воскликнула Наташа. – У тебя что, тайный воздыхатель появился?

- Скорее – призрачный, - в тон ей проговорила Вероника. – И не появился, а объявился. Или с того света вернулся…

- Не поняла?

- Это подарок к юбилею от моего бывшего мужа.

- Не может быть!

- Повторяю для особо «одарённых»: это подарок от Леонида Буржевского. Который теперь Лиор Бургани, гражданин Израиля, отец двух дочерей-погодков и счастливый супруг некой дамы родом из Казани.

- Так, - Наташа рывком вскочила со скамейки, - а вот с этого места максимально подробно.

- Максимально не получится, - хмыкнула Вероника. – Его «гонец» был немногословен. Да и домой очень торопился. В общем… Мой благоверный очень просил простить его за тот отъезд «по-английски». Мол, так уж получилось. Он уже давно живёт в Израиле, имеет какой-то весьма доходный бизнес (судя хотя бы по подарку). Как ты уже поняла, женился, «родил» двух дочерей. Так что, с учетом того, что Серж с Санькой уже не Буржевские, род этот прервался. В отличие от фон Бломбергов…

Женщины несколько минут сидели молча, а потом Вероника заговорила снова.

- Знаешь, а я очень рада, что Буржевский жив. Честное слово! Чтобы там ни было между нами, это не повод желать ему зла. Да и совсем не факт, будь я с ним, оказались ли бы мы когда-нибудь в Германии.

Наташа, так и оставшаяся стоять, ободряюще улыбнулась.

- Вот, видишь, твой юбилей, можно сказать, прошёл с перевыполнением «плана». Хорошие новости всегда приятны, а дорогие подарки – вдвойне. Кстати, как у тебя с Рольфом?

- Дело явно идёт к браку, - улыбнулась и Вероника. – Он говорит, что о такой женщине мечтал всю жизнь. Врёт, конечно.

- Фантазирует… А твои мальчишки как к этому относятся?

- Да, никак! В том смысле, что у Сержа уже своя семья, а Саньке ещё учиться и учиться.

- И кем он будет?

- Догадайся с трёх раз! – хитро прищурилась Вероника.

- Неужели хирургом?

- Фи, с тобой не интересно. И почему – неужели? Ладно, подруга, пошли к гостям, а то неудобно. Праздник продолжается! И жизнь – тоже!

Русская, газета, журнал, пресса, реклама в Германии
Русские газеты и журналы (реклама в прессе) в Европе